Чешский национальный банк объявил о дебютном размещении токенизированных облигаций, номинированных в кронах. Испытания проводились на платформе распределённого реестра, применяемой Центральным депозитарием Пражской биржи. Тестовые бумаги имели номинал 10 000 CZK каждая, операции шли в октябре и ноябре, а совокупный объём сделок не превысил нескольких десятков тысяч крон. Партнёром пилота стала Česká spořitelna. Губернатор Алеш Михл огласил итоги сразу в двух форматах — через пресс-релиз CNB и на сцене CzechCrunch Money Maker в Праге.
Как проходил эксперимент
Суть эксперимента широка. Банк отрабатывал типовой набор операций центробанка с короткими бумагами: перечисление средств между счетами, куплю-продажу по принципу «поставка против платежа», процентные начисления и РЕПО под залог токенизированной облигации. По словам CNB, расчёт укладывался буквально в мгновение. Для классического долгового рынка это существенный контраст: там у каждого участника свой реестр, а перед финальным расчётом приходится сверять данные с контрагентом. Такая сверка нередко привязана к рабочим часам и окнам пакетной обработки.
В рамках CNB Lab применялся единый реестр для одобренных участников. Бумага хранилась как цифровой токен, записи велись синхронно, а правила инструмента были зашиты в токен и срабатывали автоматически. Благодаря этому расчёты шли круглосуточно, не исключая ночей и выходных. Доступ в сеть был закрытым — только для одобренных финансовых организаций, а каждую транзакцию видели лишь её контрагенты. Публичный блокчейн устроен иначе: туда может войти кто угодно, а подтверждением занимаются майнеры. Михл описал модель лаконично: «никаких майнеров».
Чем платить?
Особого разбора заслуживает платёжная нога. Токенизация облигации закрывает лишь часть сделки — ту, что касается бумаги. Платить всё равно чем-то нужно: остатком на счёте в центробанке, депозитом в коммерческом банке или частным стейблкоином. CNB подчёркивает: оптовые расчёты должны строиться на деньгах центробанка, а не на частных инструментах. «Цель ясна: создать большой рынок активов в кронах, которые проще покупать и продавать, чем немецкие бунды. Центральный банк должен участвовать с самого начала, чтобы в основе расчётов лежали деньги центрального банка, а не частные деньги, такие как стейблкоины», — заявилМихл. При этом ни пресс-релиз, ни выступление не проясняют, каким именно денежным инструментом закрывалась платёжная нога в ходе тестов.
Это принципиально, ведь токенизация ускоряет и меняет учёт бумаг, но не отвечает на вопрос, чьими обязательствами гасится денежная часть. Стейблкоины дают непрерывность расчётов, зато несут риски эмитента, резервов и погашения. У денег центробанка подобных рисков нет. Чехия вне еврозоны, так что оптовые расчёты в евро не покрывают потребности рынка в кронах без дополнительных оговорок.
Замысел властей
Михл раскрыл замысел через разграничение бумаг и расчётной части. Активы в валюте — это набор инструментов, обращающихся на рынке. Расчётная часть отвечает за то, насколько быстро и надёжно их можно оплатить и передать. Мгновенные платежи стали первой переменой здесь, а токенизированная DLT-облигация видится следующим шагом. Губернатор говорил и о рынках крон, способных работать вне графика персонала. Правда, это скорее долгосрочная перспектива, чем функциональность сделок на 10 000 CZK.
Пилот вписывается в другие цифровые проекты CNB. Недавно банк купил государственную облигацию в евро, существующую только в распределённом реестре. Годом ранее CNB Lab завёл тестовый портфель из биткоина, долларового стейблкоина и токенизированного депозита — для изучения хранения, учёта и аудита. Новая бумага — иной класс эксперимента: инфраструктура внутреннего рынка, а не резервный актив. К тому же участникам пришлось переписать контракты, правила и внутренние процессы ещё до старта операций. Так что сквозной путь оказался не менее значимым, чем сам токен.
Оценивать пилот CNB стоит как компактный, но содержательный тест инфраструктуры. Банк проверил, способна ли токенизированная кроновая облигация пройти через расчёты, процентные выплаты и РЕПО в закрытом DLT-реестре при платёжной ноге в предполагаемых деньгах центробанка. На десятках тысяч крон подтверждена техническая механика, но не глубина рынка и не финальная модель денежной ноги. Ключевой открытый вопрос — каким инструментом фактически закрывалась платёжная часть сделки.
